Еще два года назад Национальный союз профессионалов антикризисного управления (НСПАУ) отмечал, что за последние годы серьезно усугубилась проблема имущественной ответственности арбитражных управляющих. В частности, страховая ответственность управляющих в делах о банкротстве должников с крупными активами выросла втрое — с 3 до 10 млн рублей, а их вознаграждение не индексировали. Чаще всего в 2017–2022 годах с управляющих взыскивали убытки из-за того, что они необоснованно привлекали специалистов для выполнения работы, которую должны делать сами (113 случаев на 207,7 млн руб.). В денежном выражении самые крупные убытки принесло бездействие и несвоевременное оспаривание сделок (75 случаев на 1,5 млрд руб. с нарастающей динамикой в 2021–2022 годах). Нередко такие ситуации могут сопровождаться обвинениями в злоупотреблении полномочиями.

 

Превентивная защита бизнеса от уголовного преследования: почему необходимо включить в бизнес-процессы

 

Нелепое обвинение

С тех пор ситуация кардинально не изменилась, а управляющим порой предъявляют еще и достаточно экзотические уголовные обвинения. Так, при банкротстве сельскохозяйственного предприятия с торгов продали земли должника сельхозназначения и крупный рогатый скот, за который покупатель не рассчитался.

По этой причине конкурсный управляющий через суд расторг договор купли-продажи. Только тогда покупатель полностью перечислил средства за приобретенные активы, но было уже поздно: деньги потеряны, а имущество ему так и не досталось. «Пострадавший» решил, что во всем виноват арбитражный управляющий, поэтому пытались возбудить в отношении него уголовное дело, а еще взыскать 120 млн руб. убытков. Безуспешно.

Дальше последовала провокация — один из юристов покупателя записал свой разговор с арбитражным управляющим, в котором тот подтвердил, что брал наличные от бенефициара покупателя на содержание стада скота. Так «родилось» уголовное обвинение арбитражного управляющего в особо крупном коммерческом подкупе.

Несмотря на подобную фабулу, суды первой инстанции дважды выносили обвинительные приговоры в отношении управляющего. Лишь кассация на втором круге указала на необоснованность выводов судов о наличии вреда, причиненного преступлением, отменила все судебные акты и направила дело для повторного рассмотрения в апелляцию.

 

Доводы защиты услышаны

При рассмотрении этого дела третий раз апелляционная инстанция отметила, что в подобной ситуации нужно установить вред и причинную связь между действиями обвиняемого и якобы нанесенным ущербом. Отсутствие этих обстоятельств в обвинении арбитражного управляющего, а также доказательств их подтверждающих, исключает уголовную ответственность. В итоге дело вернули прокурору для устранения недостатков. Таким образом, ушло пять лет на то, чтобы вернуть арбитражному управляющему честное имя и возможность заниматься любимым делом, несмотря на первоначальное обвинение в получении коммерческого подкупа.

 

 

Стратегия защиты

С самого начала уголовного преследования управляющего мы делали акцент на том, чтобы доказать отсутствие в его действиях состава преступления, так как:

Он тратил полученные от бенефициара покупателя деньги не на личные нужды, а на корма для животных. То есть в его действиях не было корыстного мотива, который обязателен для коммерческого подкупа. Чтобы подтвердить этот факт, в суд пригласили гендиректора специализированной организации, на попечении которой находилось стадо. Тот представил суду все первичные финансовые документы, подтверждающие расходы на коров.

В полномочия управляющего не входили те действия, за которые передавался якобы подкуп коммерческого лица. Согласно действующему банкротному законодательству и сложившейся судебной практике он не вправе без одобрения собрания кредиторов заключать мировые соглашения по спорам с имуществом, входящим в состав конкурсной массы, а пытаться подкупить неуполномоченное лицо бессмысленно. Более того, в обсуждаемой ситуации управляющий после представления покупателем проекта мирового соглашения добросовестно вынес его на собрание кредиторов. Обвинения в злоупотреблении полномочиями здесь также были несостоятельны.

Уголовное дело в отношении управляющего возбудили по заявлению гендиректора организации-покупателя, которая не понесла никакого вреда. Это была техническая компания, созданная для заключения единственной сделки, так как ее бенефициар значился банкротом и не мог приобрести спорный имущественный комплекс на свое имя.

 

Вывод

Одна из основных задач управляющего в конкурсном производстве — сохранить имущество должника в ликвидном состоянии, чтобы продать его с торгов и удовлетворить требования кредиторов. Зачастую содержание таких активов должника требует значительных затрат.

Учитывая явный конфликт интересов с кредиторами, управляющему нередко приходится искать такое финансирование самостоятельно, а порой даже вкладывать собственные средства. Когда деньги нужны срочно и передаются «наличкой», как в обсуждаемом случае, управляющий рискует стать фигурантом уголовного дела о коммерческом подкупе.

Чтобы избежать подобных последствий, надо четко фиксировать целевое предназначение денег: в расписке или в электронной переписке, даже если она идет не по почте, а в мессенджере. Это особенно важно, чтобы действия управляющего нельзя было трактовать как получение коммерческого подкупа или злоупотребление полномочиями.