Как работает неттинг и где он дает сбой

Стандартная агентская схема держится на балансировке встречных потоков: рубли импортера закрываются экспортной выручкой. Агент принимает деньги на российской стороне, а его зарубежный партнер производит выплату получателю. Физически деньги через границу не идут — расчет происходит за счет ликвидности участников сети.

На небольших объемах схема работает приемлемо. Агент закладывает повышенную маржу, постепенно набирает нужный объем встречных потоков и сводит позицию. Проблема возникает, когда клиент приходит с крупной заявкой и ждет котировку немедленно. Агент в такой ситуации вынужден уйти на поиск: найти экспортера с подходящей выручкой, согласовать объем, срок и валюту. До завершения поиска курс назвать невозможно. А пока идет поиск, курс меняется.

 

Антон Никитин
Основатель и генеральный директор компании «Финголд»



 

Цена ожидания при крупных заявках

Доля агентских транзакций в трансграничных расчетах российского бизнеса, по данным участников рынка, достигла 50–80% от всех внешнеторговых операций. При таком масштабе проблема рынка уже не в отсутствии отдельных платежных каналов и даже не в дефиците валюты. Главный дефицит — возможность быстро масштабировать ликвидность под конкретный крупный запрос и дать исполнимую котировку в момент обращения клиента.
Крупный импортер, закупающий товар в Китае, Гонконге или Турции, хочет одного: цифры прямо сейчас. Тот агент, который называет курс первым, получает сделку.

Тот, кто говорит «уточним через несколько часов», теряет клиента — и теряет его системно, а не разово. Ожидание при крупных платежах стоит дважды. Первый раз — прямыми потерями от движения курса за время поиска встречного экспортера. Второй раз — репутационными: клиент с оборотом судит об операционной состоятельности агента не по декларациям, а по тому, как быстро тот подтверждает сделку.

Впрочем, дело здесь не в расторопности конкретного менеджера. Проблема структурная: агент контролирует рублевую сторону, но не контролирует экспортную ликвидность. Встречный поток — чужой актив, который нужно найти. Пока он не найден, котировки нет.

 

Почему юань, дирхам и другие альтернативы не закрывают проблему

Логичный вопрос: почему не накапливать запас иностранной ликвидности заранее? Агент мог бы держать позицию в юанях, дирхамах или гонконгских долларах и котировать из нее немедленно.
Для крупного бизнеса важна не просто доступность валюты. Важна возможность получить цену, которую можно исполнить. Наличие юаней или дирхамов на балансе само по себе не решает задачу: участник должен понимать стоимость операции, срок исполнения и экономику сделки до принятия обязательств перед клиентом.

На практике это означает заморозку значительного оборотного капитала в инструментах с собственным валютным риском. Держать юани — значит принимать риск на курс юаня. Держать дирхамы — значит зависеть от динамики расчетных маршрутов через ОАЭ, которые за последние годы последовательно усложнялись. Для агента с несколькими крупными клиентами такой буфер нужен по каждому направлению отдельно, а совокупный объем замороженных средств начинает ограничивать сам масштаб бизнеса.

Кроме того, ни одна из этих валют не нейтральна. Юань зависит от политики Народного банка Китая. Для участника, который хочет уйти от зависимости от одного регулятора, замена доллара на юань означает смену одного эмитента на другого.

Современная проблема трансграничных расчетов во многом заключается в необходимости постоянно находить соответствие между разными валютными зонами. Один участник получает рубли, другой должен предоставить юани, третий — принять другую валюту расчета. Золото позволяет вынести часть этой сложности в нейтральный актив, стоимость которого определяется глобальным рынком, а не решением одного эмитента.

 

Откуда берется независимый источник ликвидности

Альтернатива появляется там, где существует глобально признанный актив с прозрачной ценой и независимой ликвидностью. Именно поэтому золото занимает особое место среди возможных расчетных инструментов: оно одновременно является биржевым активом, принимается в разных финансовых юрисдикциях и торгуется относительно большинства мировых валют.

Физический металл концентрирует высокую стоимость в небольшом объеме, торгуется на биржах с прозрачной ценой и принимается в согласованных процедурах профессиональной приемки в основных торговых юрисдикциях. Для экспортного цикла не нужны трубопроводы или массовая товарная логистика — только банковская перевозка и документарное оформление по стандартным схемам.

Принципиально важна другая характеристика: ценовым риском золота можно управлять до начала логистического цикла. Цена покупки металла за рубли и цена его реализации зарубежным контрагентом фиксируются как единая экономика операции. Агент видит итоговый курс до принятия обязательств перед клиентом и называет твердую котировку, а не обещание уточнить.

Типовой расчетный цикл через металл занимает около четырех-пяти рабочих дней: оформление документов, доставка, приемка аффинажным заводом, расчет в согласованном активе — юанях, дирхамах, гонконгских долларах. Клиент получает курс в момент заявки. Расчет исполняется по согласованному графику.

 

Читайте также:

 

Порог входа и кто реально может этим пользоваться

Модель не универсальна. Практически значимый минимальный объем экспортной партии — около 25 кг металла, что соответствует примерно 5 млн долларов по текущим ценам. Ниже этого порога логистические и страховые издержки делают схему нерентабельной.

Модель рассчитана на конкретный круг участников: платежных агентов с крупной клиентской базой, агрегаторов импортного спроса, компании с регулярными платежами на значимые суммы. Регулятор при этом относится к корпоративному использованию золота в расчетах принципиально иначе, чем к розничному: юридическое лицо может прозрачно обосновать экспорт металла как оплату импорта, показать цепочку сделок и дать ее проследить. Для таких участников риски блокировок существенно ниже.

Для тех, кто оперирует меньшими суммами, переход на золотую инфраструктуру пока не оправдан. Но развитие механизмов виртуальных зачетов — когда физически перевозится только сальдо при устойчивом дисбалансе потоков, а не каждая партия металла — способно снизить операционный порог и расширить круг участников рынка.

 

Как масштабируется то, что не зависит от случайного совпадения

Агентская модель на неттинге не масштабируется линейно: чем больше клиентов, тем больше встречных потоков нужно находить одновременно и тем выше операционная нагрузка. При переходе к независимому источнику ликвидности логика меняется.

После того как документарная база, банковские процедуры, логистика и расчеты по золотому циклу стандартизированы, одна инфраструктура обслуживает повторяющиеся заявки.

Новый агент подключается к готовой архитектуре, а не выстраивает экспортную цепочку с нуля. Объем, расчетный актив и юрисдикция меняются от сделки к сделке, а базовый процесс, комплаенс и источник ликвидности остаются едиными. Каждая операция при этом проходит банковский, юридический и комплаенс-контроль: проверяются контрагенты, происхождение металла и средств, внешнеторговые документы, валютные, таможенные, налоговые и санкционные требования применимых юрисдикций.

 

Что это означает для участников рынка ВЭД

Среди агентов постепенно складываются два типа. Первые называют твердый курс на крупный объем в момент запроса. Вторые сначала ищут встречный поток и теряют клиентов в пользу первых. Это справедливо для всех ключевых направлений: Китай, по данным участников рынка, занимает около 59% агентских операций российского бизнеса, далее следуют Гонконг и Турция.

Именно там конкуренция за клиента с оборотом идет по единственному критерию: кто подтвердит цену раньше. Главный дефицит трансграничных расчетов сегодня — не конкретная валюта. Рынку не хватает инструмента, который позволяет заранее сформировать ликвидность и назвать клиенту исполнимый курс независимо от того, найден ли в этот момент встречный поток. Именно вокруг такой инфраструктуры будет строиться следующий этап развития международных расчетов.